Глава 3
Дурацкий утренний разговор с Градовым испортил настроение на весь день.
Сашка переживал за Мальцеву на физике, но Вика, слава богу, хоть и запинаясь, но выдала правильный ответ задачи. Потом, смущаясь, посмотрела на него – ведь ему достанется, если она накосячила… Однако все прошло замечательно, учитель поставил вполне заслуженную пятерку и похвалил обоих за впечатляющие результаты.
– Конечно, вы можете воспользоваться лабораторией, – сказал Олег Борисович, когда после урока Саша подошел к нему с просьбой предоставить для совместного обучения кабинет. – Я же вижу, что эта система флешмоба дает положительные результаты. Только оставьте ключ потом на вахте.
Вика уже собрала учебники и тетради в рюкзак и ждала Сашу: Рыжик давно понял, что он лишний со своей помощью, и сматывался сразу со звонком.
Когда за учителем закрылась дверь, Саша повернул в замке ключ, подлетел к Вике и посадил удивленную девочку на парту.
– Как ты думаешь, что мне только что сказал самый выдающийся физик района?
Он стоял напротив неё, слегка приобнимая: соскучился… Ирка давно бы притянула парня к себе, обхватывая бедра ногами, а Вика, напротив, немного отодвинулась, хотя страха в глазах вроде не было... Смущение – да, но не страх.
– Не знаю… Наверное, заявил, что я бездарь, не поддающийся обучению.
– Дурочка… – Сашка резко рванул Вику на себя – так, что их лица оказались совсем рядом. – Он сказал, что ты невероятная умница.
Сашка так давно хотел сделать это – по-настоящему поцеловать… Но он безумно боялся, что испугает её, оттолкнет этим поступком. Ведь сейчас её доверие так хрупко, он с таким трудом это доверие завоевывал, шаг за шагом, каждый день потихоньку открываясь перед Викой и заставляя её открываться ему. Это невероятно сложно было делать, а сейчас еще сложнее сохранить. Но сегодняшний разговор с Димкой заставил действовать решительнее и придал явного ускорения.
Они сейчас смотрели друг другу в глаза. Они понимали, что испытывают друг к другу какое-то светлое чувство. И почему-то не могли об этом сказать вслух…
– Я – умница? – удивленно прошептала Вика.
– Конечно. – Саша обхватил ладонями её шею и приблизился своими губами к её. – Моя любимая умница.
Нежное, осторожное прикосновение. Сашка боялся, что Вика его оттолкнет, и морально был готов к этому.
Но она не оттолкнула, ответила – тоже нежно, осторожно… А потом, осмелев, обхватила Сашкины плечи и прижалась к парню сильнее.
Поцелуй постепенно углублялся, становился другим – страстным, диким, сумасшедшим. Нежность сменилась ураганом, у них обоих просто снесло крышу. И кто знает, как далеко все могло зайти, если бы не прогремевший внезапно звонок: у ребят на сегодня уроки окончены, но ведь есть ещё вторая смена, другие классы учатся.
Вику словно током ударило, и она резко отпрянула от Саши, упираясь ладонями в его плечи.
– Ты что, с ума сошёл? – Она смотрела на него то ли смущённо, то ли испуганно.
– Прости. – Сашка, осознав, что слишком поторопился, вздохнул. – Сам не знаю, как так вышло. Я и не думал ничего такого… Я тебя напугал, да? Вика, прости!
Он уткнулся ей в плечо и прижал девушку к себе.
– Мне надо идти, – прошептала Вика, чуть отодвигаясь от парня.
– Я понимаю, – кивнул Саша, в мыслях ругая себя за торопливость. Дурак, ой дурак! – Конечно, пойдем.
Он помог ей спуститься с парты, а потом привычным движением перекинул её рюкзак через плечо. Затем, взяв Вику за руку, неспешно направился к двери.
Он уже привык ходить в три раза медленнее, чем обычно; привык, что у него два рюкзака; привык, что правой рукой он ведет свою любимую девочку. Он привыкнет ко всему, лишь бы Вика ему верила и была рядом.
– Саша, я тебе так благодарна. Все-таки ты не зря со мной занимался этой злосчастной физикой. А ведь я думала, толку никакого не будет.
Они стояли на улице, рядом с её домом. И почему-то опять началась зима – снег повалил крупными хлопьями, дороги подморозило, хотя уже конец апреля…
– Да ну брось ты! Ничего в ней на самом деле сложного нет. Просто не все умеют объяснять…
Договорить Саша не успел.
– Здравствуйте, – вдруг появился из ниоткуда Градов. И не один – с тремя товарищами на подхвате.
– Вика, отойди, пожалуйста, во двор, нам поговорить надо, – произнес Дима, с ненавистью глядя на хмурого Козырева.
Саша, поджав губы, кивнул Вике:
– Вика, иди. Пожалуйста! Не стоит тебе сейчас здесь оставаться.
Она умоляюще взглянула на парня, а потом твёрдо сказала:
– Не уйду.
Сашка понимал, что сейчас его будут бить… И бить очень сильно! Вика не должна это видеть.
– Уйди. – А нервы уже на пределе, время-то идет. Как долго Градов будет ждать?
– Я не уйду без тебя, ясно? – Вика медленно сделала шаг вперёд, а у Саши сердце просто разрывалось на части… Ну и как её отправить домой? Ей надо уйти, надо! Если она увидит его позор…
В голову пришла лишь одна идея… Да, Вике сейчас будет очень больно, но он потом все ей объяснит! Просто сейчас нет на это времени. Лишь бы сейчас она ушла…
– Вика!!! Мне на тебя плевать, понятно? Ты никому не нужная калека, с которой я играл! Это ясно? Убирайся отсюда! – в бешенстве заорал Саша, а сердце от собственных слов чуть не остановилось. Но он не видел другого выхода – иначе Мальцева не уйдет…
– Т-ты шутишь, да? – заикаясь, прошептала Вика, стоя на месте. – Н-ну-у, скажи, что п-п-пошутил…
Он видел её ошалевшие от ужаса глаза, её оцепенение, но не позволил себе расслабиться:
– Ты наивная дура… Неужели ты думала, что заинтересуешь меня? Да это был всего лишь спор… Ясно тебе? Спор! Вот, видишь?
И с этими словами он сорвал со своего плеча её рюкзак и зашвырнул далеко, почти к Викиному подъезду. Рюкзак приземлился прямо в занесенные апрельским снегом кусты.
– И мне плевать, как ты будешь доставать свои вещи. Это не мои проблемы. Убирайся отсюда!!!
***
– Доволен? – спросил Саша «друга», когда Вика, прихрамывая, дошла до кустов, достала из них свой рюкзак, отряхнула его от налипшего апрельского снега, а потом скрылась за подъездной дверью. Мальцева ни разу не обернулась.
– Я доволен? – Дима расхохотался. – Не я сейчас её унижал на весь двор и кидал рюкзак чёрт знает куда. Это ведь ты её зачем-то удалил с поля боя. Боишься опозориться, да? Правильно боишься. Во мне она никогда не видела друга, а потому ей было плевать на мои слова. А тебе она доверяла, и ты её сейчас просто растоптал… Ты дерьмо! Да она никогда даже в твою сторону больше не взглянет!
Они набросились друг на друга, словно дикие звери… Чуть ли не разрывали на части, доказывая своё право быть с этой девочкой. А девочке это было уже совсем не нужно…
***
Вика открыла дверь в квартиру и обессиленно опустилась на пол в коридоре…
Ни дня она больше здесь не останется!
Слезы лились градом.
Она поверила ему, поверила! А что получила в ответ? «Наивная дура» – так выкрикнул Саша. Под этим явно подразумевалось «калека» и «уродина»…
А чего она хотела? Ведь на самом деле калека, уродина и дура!
Ненавидит! Она его ненавидит!!! Она всё ненавидит: и этот город, и живущих здесь людей, и себя в первую очередь…
Мама, вернувшись с работы, застала Вику на кровати – красную, с опухшим от слёз лицом, сотрясающуюся от рыданий.
– Мамочка, пожалуйста, пусть папа заберёт меня обратно! – Дочь кинулась ей на грудь, вцепляясь мёртвой хваткой в плечи. – Я не могу здесь… Я никогда не пойду больше в эту школу! Не пойду! Они нелюди!
Сначала голос девочки сорвался на истеричный визг, а потом Вика стала задыхаться…
Перепуганная мама вызвала скорую.
***