Ниночка
Быстро переступая ногами, я шла по длинному коридору, стараясь не смотреть по сторонам. Я всегда так делаю, когда не уверена на все сто процентов. Дело в том, что очень, сильно-сильно, хочу стажироваться именно в этой фирме. Здесь дают отличные рекомендации, делятся огромным опытом и даже могут позволить закрепиться в офисе уже не в качестве стажера, а основного работника. И, если говорить начистоту, я за это место буду бороться! Все-таки, не зря я лучшая студентка на потоке, которую рекомендовали именно в эту фирму.
Но есть одна большая и жирная проблема. Ладно, проблема совсем не жирная, а очень подтянутая. Она может своей очаровательной улыбкой испортить мне всю жизнь, заняв место стажировки. И имя этой проблемы — Валера Мирошниченко!
Быстро достаю трезвонивший телефон и стараюсь незаметно подтянуть узкую юбку чуточку выше, чтобы шаг был шире и уверенней. Все-таки на собеседование я должна попасть первой.
— Хьюстон! У нас проблемы! — орет в трубку Сашка, моя лучшая подруга. Следом раздается фраза, которая как никогда ранее описывает эту самую проблему. — Валерка уже в офисе!
Вот что значит — не везет! Ради того, чтобы первой приехать в офис, я даже раньше проснулась и на целых полчаса раньше вышла из дома. Моя подруга была приставлена к нашему одногруппнику в качестве следящего инструмента. Но что-то пошло не так! Либо Валера вышел заблаговременно, либо Саша проспала и не уследила.
— Вот же! — ругаюсь и прибавляю шагу, потому что до заветной дверцы остается каких-то пять, нет четыре, три, два, один шаг…
— Наумова! — на мою руку, которая уже дотянулась до ручки двери, опускается широкая ладонь Мирошниченко, и мне нужна секунда, нет пять, чтобы прийти в себя. — Ты что здесь делаешь?
А вот эта фраза и приводит меня в чувство.
— Пришла на стажировку! — огрызаюсь, пытаясь открыть дверь. Но сделать это не так-то просто!
— Какое совпадение! — широко улыбается парень, — я тоже.
И после этих слов открывает моей же рукой дверь! Так что в кабинет начальника мы входим вдвоем. И я не могу передать словами, что чувствую сейчас, потому что этот самоуверенный, настырный, пробивной и невероятно красивый парень мне до коликов в животе нравится. Но отдавать свое место ему я не намерена!
— Доброго утра! — здоровается Валера и мое скромное “здравствуйте” на фоне его приветствия выглядит жалко.
— Так-так-так! — начальник, мужчина в годах, привстает со своего места и оценивающим взглядом проходит по нам. — Мирошниченко и Наумова?
— Это мы! — мой одногруппник так широко улыбается, что хочется стукнуть локтем в бок и попросить не отпугивать потенциального работодателя таким напором. Но мужчина улыбается так же — широко и открыто, словно только нас и ждал.
— Тогда добро пожаловать на стажировку! — он достает из лежащей перед его носом папки документы и говорит, — с вашими характеристиками я ознакомился, с деканом факультета созвонился, узнал о вас, так сказать, много интересного. Мы, как развивающаяся организация, готовы сделать в этом году исключение и взять на стажировку двух выпускников с вашей кафедры.
— Как чудесно! — поддакивает Валера и поворачивается ко мне.
— Только есть одна проблема. Кабинетов свободных нет, поэтому работаете фактически плечом к плечу и за одним столом, — завершает наш работодатель, а улыбка на лице Мирошниченко гаснет очень быстро, как и моя.
Потому что, быть влюбленной с первого курса в самого знаменитого парня нашего факультета — то еще удовольствие. Особенно, когда он тебя ни во что не ставит. Вот как сейчас… И когда ты понимаешь, что не нравишься этому человеку даже на один процент из ста имеющихся, становится очень обидно и горько.
В кабинет легкой походкой входит девушка, а лицо Валеры снова озаряется.
— Римма проводит вас, — раздается голос начальника, — познакомит с наставником, расскажет, что и где находится. Встретимся через три месяца и посмотрим на работу каждого из вас. Там и примем решение, кто останется, а кто получит хорошие рекомендации и отправится искать свое счастье в другом месте.
— Спасибо! — говорю, выходя из кабинета последняя, потому что Валера и Римма уже ушли.
Догоняю их в коридоре, пристраиваюсь в конце и лишь слушаю, о чем говорит девушка, которую мне уже мысленно хочется придушить вон в том углу или в этом? Ну нельзя же так открыто смотреть на молодого выпускника школы, то есть ВУЗа! Да он же младше вас, женщина, раза в два! Но и Валера хорош, лыбиться своей фирменной улыбкой, что придушить хочется и его. За компанию.
Отмечаю, что на этаже в этой огромной организации есть своя кухня, где сотрудники могут разогреть принесенную с собой еду или что-то убрать в холодильник. Но, как правило, ей пользуются лишь для того, чтобы взять себе кипятка в чашку и вернуться на рабочее место. Весь персонал принимает обеды на первом этаже в буфете или столовой, и на втором — в неплохом и доступном ресторане. Мне даже интересно, что же за заведение там располагается с доступными ценами, потому что я пока могу ходить только в буфет. И это далеко не точно.
Когда мы резко заворачиваем в сторону, то попадаем в просторный кабинет с единственным свободным столом чуть в стороне у окна. Именно там и располагается два рабочих места друг напротив друга. Хорошо еще имеется два отдельных компьютера, не придется драться за мышку.
— Итак, — улыбается Римма, совсем не обращая на меня никакого внимания. — Сейчас подойдет Алла Николаевна и обо всем вам расскажет. В любой непонятной ситуации можно будет обращаться к ней… Или ко мне.
Ну конечно же лично к Римме сможет обратиться только Мирошниченко, на меня же совсем не смотрят. Зато когда входит Алла Николаевна, центр обожания резко смещается, потому что женщина кривит нос, когда смотрит на моего “напарника”, зато мне широко и приветливо улыбается.
— Так, молодежь, готовы трудиться во благо клиентов и своей зарплаты? — активно киваю и получаю еще одну улыбку, — тогда приступим!
Плюсик к карме получаю сразу же за то, что достаю из сумки блокнот и ручки и начинаю активно записывать за наставником. Валера слушает, возможно даже запоминает, но когда дело доходит до цифр и номеров телефонов, судорожно ищет листок и то, чем можно все записать. Алла Николаевна сжалилась над парнем, но одарила его очень строгой улыбкой, словно намекая: “Я за тобой слежу!”
В первый рабочий (если так можно назвать) день, мы больше следили за работой других сотрудников, лично я записывала на всякий случай то, что казалось мне интересным или необычным. Валера лишь осматривался и поглядывал на часы. Но как только нас в третьем часу отпустили на вольные хлеба, первым покинул этаж. Я, не буду скрывать, поторопилась за ним, но только для того, чтобы понять, куда он так спешит? А этот…. человек мужского пола, сел в припаркованную машину и уехал! Мимо меня! Даже не предложил подвезти!
— Привет, — говорю, когда замечаю, как машина скрывается за поворотом.
— Ну как? Как все прошло? — моя лучшая и единственная (к большому сожалению) подруга, спрашивает так быстро, что даже удивленно смотрю на телефон.
— Меня взяли, — отвечаю, все же улыбаясь. Это ли не радость?
— А Валеру? — да-да, она в курсе того, какого я мнения о парне.
— И его, — отвечаю упавшим голосом и пересказываю в красках и подробностях, как прошел мой день. Да-да, особенно ярко говорю о Римме, которая до сих пор не дает мне покоя.
— Ничего себе, — шепчет Шурочка, — где ты?
— Да у офиса, — пожимаю плечами, — Мирошниченко даже не предложил меня подвезти.
— Если бы он это предложил, мы бы не разговаривали, — доносится голос подруги.
— Почему? — не понимаю.