Развод по-попадански

Глава 10

Моран стоял непринужденно, одной рукой опираясь о косяк, и наблюдал. Выражение его лица было спокойным, даже отстраненным, но в глазах, прищуренных от легкой улыбки, которую он, похоже, даже не осознавал, читалось любопытство. А еще почти исчезла его постоянная, слегка давящая аура сильного, властного мужика. Он сам ее, кажется, не осознавал, а вот я, как женщина, очень даже чуяла. И испытывала противоречивые чувства по этому поводу: жгучий интерес и вполне закономерное опасение. Сильный зверь опасен! Но и привлекателен же, зараза…

Угу. Особенно в засаде, как сейчас. Прелестно! И сколько его сиятельство тут просиял? Что слышал?

Я быстро перебрала в голове все свои шутки, все ответы. Вроде ничего такого не ляпнула. Ничего, что могло бы выдать во мне кого-то другого.

Кивнув ему с максимальным безразличием, которое смогла изобразить, я, не задерживаясь, прошла мимо. Красивые, уверенные в себе мужчины, проявляющие внезапный интерес, – это всегда потенциальная угроза. Особенно когда мужчина – твой муж, который тебя ненавидит.

***

Ужин мало чем отличался от обеда: еда приличная, компания молчаливая, за исключением редких замечаний капитана о погоде. Но под конец Моран решил внести разнообразие и неожиданно предложил:

– Может быть, устроим вечер музицирования? Капитан, позволите воспользоваться фортепиано?

Капитан Ларсен оживился.

– О, ваша светлость слишком любезны! Почту за честь…

Подойдя к инструменту, Моран провел пальцами по клавишам и извлек пару аккордов. Убедившись, что все прекрасно настроено, герцог присел на стул и начал играть что-то сложное, меланхоличное, явно известное в этом мире. Остальные мужчины благоговейно слушали. Я тоже с удовольствием наслаждалась хорошей музыкой.

Но Моран время от времени бросал на меня взгляды – странные, выжидающие. Рассчитывал, что я как-то отреагирую? Узнаю мелодию? Расчувствуюсь? Упаду в обморок от восторга? Увы, я могла лишь оценить технику – играл он, черт возьми, хорошо.

Когда последние аккорды затихли, капитан вздохнул от умиления и вдруг оживился.

– А как насчет шахмат?! Пока его светлость радовал нас «Сумеречным вальсом», я вспомнил! – И он достал из шкафчика изящную переносную доску с резными фигурами. – Страсть как люблю, хоть и играю посредственно. Ваша светлость? Позвольте предложить вам партию?

Моран, все еще сидя у фортепиано, мотнул головой в мою сторону с легкой усмешкой:

– Боюсь, даме будет скучно наблюдать за нашей битвой.

– О, не беспокойтесь, ваша светлость, – парировала с самой невинной улыбкой, стараясь не скрежетать зубами от столь явного пренебрежения. – Обожаю эту игру. Так что почту за честь сыграть с вами, капитан, – с удовольствием подрезала я Морана.

В воздухе повисло легкое, снисходительное ожидание. Все смотрели на меня так, будто я заявила о желании управлять кораблем. Ну что ж, придется их разочаровать. Благо все решили, что быстро проиграю и угомонюсь.

Капитан, улыбаясь, расставил фигуры. А я с легким удивлением отметила, что они ничем не отличаются от привычных мне шахмат. Интересно, правила тоже совпадают?

Несколько быстрых уточняющих вопросов, несколько снисходительно-мягких ответов – мужикам было смешно, что юная дурочка, судя по всему, еще и в правилах игры не уверена, а туда же… но шахматы оказались теми самыми. Привычными и понятными.

– Ну что ж, мисс Джесс, делайте ваш ход.

Я двинула пешку на два поля вперед. Стандартное начало. Капитан ответил тем же. Несколько ходов мы двигались по классической схеме, пока я не пожертвовала пешку, открывая диагональ для слона и ферзя. Капитан, уверенный, что имеет дело с дилетанткой, бездумно взял ее.

Разубеждать его я не стала. Еще два хода – и мой ферзь поставил знаменитый «детский мат», который я часто разыгрывала на школьных турнирах.

– Шах и мат, капитан, – тихо сказала я.

В кают-компании воцарилась мертвая тишина. Капитан Ларсен уставился на доску с таким видом, будто фигуры внезапно ожили и укусили его за нос. Потом с изумлением посмотрел на меня.

– Но… это же… как?..

Я лишь пожала плечами:

– Следует быть осторожнее с пешками, капитан.

Все посмотрели на меня с интересом, переоценивая свое отношение. А потом Моран медленно поднялся из-за фортепиано. В его глазах светился охотничий азарт.

– Позвольте мне попробовать взять реванш за всех присутствующих мужчин, мисс Джесс? – произнес он, подходя к столу.

Мы сели. Фигуры были расставлены заново. На этот раз я начала королевским гамбитом, снова пожертвовав пешку. Моран, в отличие от капитана, не клюнул сразу. Он был осторожен, просчитывал ходы.

Но я вела его по знакомой тропинке, по партиям, которые когда-то разбирала до дыр на картонной шахматной доске. Я не была гением, но регулярно посещала школьный кружок, и у меня оказалась идеальная память на комбинации. А даже самый талантливый любитель проиграет тому, кто знает классические ловушки.

Мы играли молча. Был слышен лишь стук фигур по доске. Я чувствовала на себе восхищенные, недоверчивые взгляды трех зрителей. И пристальный, тяжелый, анализирующий каждый мой вздох, каждое движение руки взгляд Морана. Этот зверь снова следил за дичью из засады, давление его воли ощущалось почти физически.

Однако это не помешало разыграть партию как по нотам. И в конце концов я поставила мат. Не такой быстрый, как капитану, но не менее эффектный. Его король оказался в западне, окруженный моими фигурами.

С удовлетворенным видом я откинулась на спинку стула, пока Моран изучал расстановку фигур на доске. Он не выглядел раздраженным или злым. Скорее… озадаченным. И удивленным.

– Это было… – Он запнулся, подбирая слова. – Это была великолепная игра, мисс Джесс. Я такого не ожидал.

– Спасибо, ваша светлость. Приятно, что вы умеете проигрывать с достоинством, – улыбнулась я. – Особенно женщине. Отец очень любил играть в шахматы, и ему пришлось вырастить из меня сносного противника.

Но по тому, как все на меня смотрели, поняла: свалить все на отца не удалось. Игра в кошки-мышки продолжалась.