Развод по-попадански

Глава 4

– Его светлость просит оказать честь и ждет вас на ужин в капитанскую кают-компанию, – донесся голос одного из солдат.

Повезло. Я думала, меня отправят есть с матросами, однако придется «оказывать честь». Пожалели девушку и решили не отдавать на растерзание скучающим без женского общества простолюдинам? Или у Морана были вопросы, которые он не желал задавать при всей команде?

Привести себя в порядок было делом пяти минут. Умыться, причесаться, соорудить из моей гривы нечто условно приличное с помощью гребня и небольшого запаса шпилек, стряхнуть пыль с юбки. Еще бы с нижним бельем разобраться… Но раз умывальник в наличии – постираю.

Конечно, наряд у меня не для ужина с герцогом и капитаном, но другой одежды нет. И покупать ее в порту я не рискнула, незачем светить деньгами. А тем более драгоценностями.

Меня провели в просторную каюту, отделанную темным полированным деревом. Свет массивной лампы играл бликами на идеально начищенном серебре и хрустале. За столом уже сидели капитан – седой, мужчина с обветренным лицом и умными глазами, два его старпомa и, конечно, сам Моран. Он был без камзола, в одной темной рубашке с расстегнутым воротом, что делало его чуть менее официальным и чуть более опасным.

Все встали, когда я вошла. Даже непривычно. В нашем обществе этот ритуал вычеркнули из воспитания мужчин. А зря.

– Мисс Джесс, – кивнул Моран, указывая на свободное место слева от себя. – Капитан Ларсен, его помощники. Прошу, садитесь.

Ну надо же! Теперь я еще и мисс? Просто прекрасно!

Кивнув, я заняла указанное место, стараясь не привлекать лишнего внимания. Передо мной лежал целый арсенал столовых приборов: закусочные вилка и нож, рыбные, столовые, десертные, ложки разного калибра, даже специальный нож для масла. Черт побери. Это был не ужин, а экзамен на профпригодность в высший свет.

Повезло, что я в свое время просто ради интереса брала несколько уроков сервировки. Так что и тут с трудом, но разобралась. Сильно помогала мышечная память Джелики. В общем, не опозорилась. И в то же время была достаточно скованна, чтобы во мне не заподозрили леди из высшего общества. Ну, в тот момент я так думала…

Разговор поначалу шел о природе, о погоде и состоянии паровой машины. Я молча ела уху, ловя каждое слово.

Потом пошли горячие закуски – тарталетки с нежным паштетом. Моя рука сама потянулась к закусочной вилке. Я отломила крошечный кусочек, поднесла ко рту, аккуратно прожевала и промокнула губы краем крахмальной салфетки с вышитой монограммой капитана. Действовала на автопилоте, вслушиваясь в разговор о политике.

– В столице опять неспокойно, – жаловался капитан. – Говорят, королю хуже. Совет лордов разрывается на части, как старый парус в шторм. Одни кричат о регентстве, другие – о немедленном созыве ассамблеи.

Моран хмуро отпил из бокала, почему-то задумчиво поглядывая в мою сторону:

– Король стар. Болезнь была ожидаема. Неожиданна та скорость, с которой стервятники сбиваются в стаи, почуяв легкую добычу.

В этот момент подали основное – изумительный ростбиф с кровью на подогретой тарелке, с дымящимся картофельным пюре и гриль-овощами. А я совершила роковую ошибку.

Мой взгляд скользнул по приборам. Мозг, занятый анализом услышанного о кризисе власти, выдал мгновенную, отработанную до автоматизма команду. Пальцы сами нашли столовый нож и вилку. Я взяла их безупречно правильно, потому что иначе бы не получилось, и принялась нарезать мясо на небольшие, идеально ровные кусочки. Аккуратно. Четко. Без единого лишнего звука. Нож скользил как по маслу.

– Так вы лекарь, мисс Джесс? – отвлек меня капитан. – Нечастое ремесло для женщины, тем более для столь юной особы.

– Дочь лекаря, – автоматически поправила я, отрезав очередной кусочек.

Положила приборы на тарелку и только потом сделала глоток из бокала, взяв его за ножку.

В каюте повисла тишина. Подняв глаза, я встретилась взглядом с Мораном. Он смотрел на меня. Вернее, на мои руки, потом оценил безупречно прямую спину, кривовато ухмыльнулся. Капитан Ларсен тоже замолк, его брови поползли вверх.

Чудесно… Надо же было так спалиться! В деревнях хлеб режут о край стола, а суп хлебают из общей миски. И тут я…

– Отец всегда говорил, что аккуратность – первое дело и в лекарском деле, и в жизни. Приучал с детства. – Сделав вид, что смутилась, я поправила несуществующие складки на своей юбке.

Моран медленно отпил из своего бокала, продолжая разглядывать меня с задумчивым подозрением.

– Ваш отец, должно быть, не только строгий, но и удивительно просвещенный для деревенского лекаря, – обманчиво мягко произнес он наконец, неожиданно перейдя на «вы». – Такие манеры не купишь в аптеке. Их прививают с рождения, годами.

Чудесно! Этот умный гад не поверил ни единому моему слову. Да я сама бы себе не поверила. Впрочем, у меня есть вариант.

– Скажем так, милорд. Мой отец не всегда был деревенским лекарем. Увы, большего не могу сообщить, поскольку он умер, так и не открыв мне секретов своего прошлого.

Я опустила глаза и едва заметно, но порывисто вздохнула, будто бы подавив всхлип. И угадала. Даже врать не пришлось – переглянувшись, мужчины сами прекрасно все за меня придумали.

Некто, скорее всего хороший лекарь, может быть даже дворянин, был вынужден скрываться в глуши вместе с ребенком. И он недавно умер, возможно оставив дочери некие инструкции. А даже если и открыл тайны своего отшельничества – мисс не обязана делиться ими с малознакомыми людьми. Джентльмены должны это понимать.

Они и поняли, поэтому после недолгой паузы сменили тему:

– А ваша светлость спешит в столицу по зову долга? – ловко сменил болезненную для дамы тему капитан.

Моран отреагировал – отвел от меня взгляд, и я смогла перевести дух.

– По зову долга, – сухо подтвердил он. – И чтобы разобраться с некоторыми… личными делами. Которые оказались тесно переплетены с государственными.

Один из старпомов тоже рискнул влезть в беседу:

– А супруга вашей светлости? Она уже в столице?

Моран медленно отставил бокал и посмотрел на несчастного так, что тот закашлялся.

– Моя супруга, – произнес герцог с ледяной вежливостью, – находится там, где я ей указал. Наш брак был… политической необходимостью. И я улажу все со своей женой, когда в стране будет наведен порядок. А пока крайне не рекомендую интересоваться ее персоной.

Я с силой сжала вилку, заставляя себя успокоиться. Я не Джелика и уже проходила через ад предательства и потери. Этот красавец-самодур с его феодальными заморочками меня не сломает. Он обо мне даже не догадается, а потом поздно будет.

Капитан Ларсен покашлял, нарушая натянутую тишину.

– Ну что ж, господа. Прошу вас, поспешим с трапезой. Погода меняется. Чувствую, впереди настоящая буря.

Я откинулась на спинку стула, сделав вид, что смотрю в иллюминатор. Буря. Он даже не представлял, насколько был прав. В моей душе она уже бушевала вовсю.