— Близится Международный Женский день.
Собравшиеся вяло закивали.
— Нужно подумать, как мы поздравим нашу коллегу Дарину Вишневецкую. Я специально собрал вас, охламонов, пока она уехала в архив, чтобы обсудить ситуацию так, чтобы она нас не подслушала.
— А зачем ее поздравлять? — удивился Болек. — Она же уже замуж вышла. Пусть Гвидон ее и поздравляет.
Полковник Рыбчинский разразился гневной речью.
Собравшиеся притихли.
— Может быть, как обычно, цветы? — предложил Марек.
— С цветами напряженка, — напомнил Рыбчинский. — От гиацинтов Дариночка чихает, от фрезий у нее слезятся глаза, нарциссы и тюльпаны она не любит, потому что они цветут у мамы на клумбах, и глупо их ставить в вазу в букете. А мимозы в этом году нет. Неурожай. Муха какая-то ее пожрала. Поэтому надо что-то придумать.
— Виноград? — подал голос Феликс.
— Виноград в марте лежалый, невкусный. Она себе от родителей пол-ящика привезла, жаловалась. На тот, что в магазине, даже мне страшно смотреть.
— Товарищ полковник, разрешите обратиться? — поднял руку Роман.
— Разрешаю.
— А что вы обычно жене дарите?
— Себя.
— А давайте мы тогда Дарине вас подарим?
— Ну уж нет, — отказался полковник. — Жена без подарка останется.
— Может быть, дыню? — спросил Болек. — Она дыни любит. Не чихает от них, и глаза не слезятся.
— Где же мы возьмем хорошую дыню в начале марта? Не сезон, а прошлогодние, если и долежали, на вкус как вата.
— Говорят, на человеческом континенте в это время можно купить.
— Оттуда фрукты сейчас не ввозят, — нахмурился Рыбчинский. — Какие-то ограничения. Вроде бы, мухи во фруктах. Может быть и те, которые мимозу сожрали.
— Давайте вычеркнем фрукты и подарим ей съедобный мясной или рыбный букет? — внес следующее предложение Болек. — Знаете такие? Из воблы.
— Они же мужские. И к пиву. А Дариночка не пьет.
— Еще и осуждает, когда кто-то пиво пьет, — пробурчал Марек. — Говорит, что ей воняет. И лекции читает, что это вредно.
— Половая принадлежность на букете не прописана, — после долгих раздумий изрек полковник. — А рыбу она любит. Можно попробовать. Только надо выбрать что-нибудь экзотическое. Не воблу, а что-то подороже. Давайте в интернете какой-нибудь каталог посмотрим.
От разнообразия букетов из морепродуктов захватило дух. Болек настаивал на композиции из креветок, лимона и помидоров черри, Марек с Феликсом жадно смотрели на корзинку с сыром, колбасой, рыбой и фисташками, а Роман с полковником Рыбчинским залипли на огромном букете из раков, крабов и копченых скатов.
Победила воля Рыбчинского — подразделение дознавателей сбросилось на самый большой и дорогой букет с крабом. Полковник внес больше всех, и это примирило подчиненных с неожиданной тратой. Доставку заказали в здание Главного Военного Следственного Управления к восьми тридцати утра — чтобы поставить букет на стол Дарины до того, как она явится на службу. Все знали, что она приходит ровно к девяти, не опаздывая, но и не жертвуя работе лишние утренние минуты.
Курьер не подвел. Букет доставили минута в минуту и на стол Дарины была водружена вычурная композиция, притягивавшая взгляд крабовыми клешнями. В восемь сорок пять подразделение в срочном порядке отправили в город Сельденбург, где солдат-срочник покинул часть, прихватив с собой автомат и три гранаты. Опаздывающая майор Вишневецкая подбежала к вертолету, когда уже прозвучала команда: «От винта!». Марек подхватил Дарину, сжимающую в руке букетик мимозы и втащил в закрывающуюся дверь.
— Чуть без тебя не улетели, — проворчал Негослав.
— Гвидон где-то достал контрабандную мимозу и прислал мне посылку, — похвасталась Дарина. — Забирала, задержалась. Понюхайте! Весной пахнет!
— Мы тебе тоже букет купили, — сообщил Феликс, перекрывая шум двигателя. — Вечером вернемся — возьмешь.
Команда дознавателей застряла в Сельденбурге на трое суток — срочника поймали быстро, протоколы составили в положенный законом срок, а потом засели в гостинице, пережидая снежный буран. Погода не побаловала.
Выгрузившись из вертолета на посадочной площадке возле Главного Военного Следственного Управления, подразделение промаршировало в здание. Войдя в коридор, Дарина принюхалась и спросила:
— Откуда такой смрад? Опять кто-то вещдоки по расчлененке забыл в морг сдать?
Марек предположил газовую атаку. Болек повел носом и сказал:
— Не преувеличивайте. Мышь где-то сдохла, бывает.
Полковник Рыбчинский отпер дверь смежных кабинетов и закашлялся. Смрад распространился по коридорам, забегали взволнованные и любопытствующие сотрудники управления.
— Кошмар какой! — простонала Дарина. — Что это?
— Да это же твой букет! — сообразил Феликс. — Это твой подарок!
— Окна откройте кто-нибудь!
— Подождите, товарищ полковник, я сейчас противогаз принесу!
— Не нужен мне такой подарок! Выноси его!
— А куда нести? В морг?
— Подожди, не выбрасывай, может быть, копченых скатов еще можно съесть.
— Отставить! С ума сошел?
После споров, выноса букета в мусорный бак и длительного проветривания помещения, Дарина набрала банку воды и поставила в нее букетик мимозы, переживший путешествие в Сельденбург и обратно, и всего лишь чуть-чуть подсохший. Упавшие на стол желтые шарики она заботливо собрала в спичечный коробок и объяснила:
— Гвидон рыбок покормит. А то они блеск терять начали.
Негослав печально посмотрел на мимозу и промолчал. Дарина огляделась по сторонам, еще раз принюхалась и сообщила:
— Я, пожалуй, домой поеду. В Ключевые Воды. У меня три дня выходных, а Гвидон там один с ребенком.
Негослав кивнул. Дарина подхватила портфель и удалилась, цокая каблуками. Волки дождались, пока звук утихнет, и зарычали, переругиваясь и обвиняя друг друга.
— Такие деньги на ветер выбросили! С ума сойти!
— А я с самого начала предлагал букет из воблы, вобла бы достояла!
— Мне кажется, скатов еще можно было съесть.
— Если не воблу, то надо было брать с икрой в банке, она бы тоже не пропала.
— Молчать! — рявкнул Рыбчинский, поднимаясь и направляясь к выходу. — Все свои гениальные идеи приберегите на следующий год. Не последний раз празднуем.
Волки повздыхали о потерянных деньгах и тоже начали собираться по домам. Полковник Рыбчинский сел за руль служебного автомобиля и повез жене запоздалый подарок — самого себя. А Дарина Вишневецкая, усаживавшаяся в такси, чтобы ехать в аэропорт, проверила, не потерялся ли в кармане заветный спичечный коробок.
Она еще не знала, что дома, в Ключевых Водах, стоят два огромных букета мимозы в хрустальных вазах. Для нее и Светланы. От Гвидона — любящего мужа и отца. И, по совместительству, хозяина хорошо откормленных рыбок, которые обрели золотистый блеск — желтые шарики мимозы падали на стол и отправлялись в аквариум.