ГЛАВА 32
Идти по лесу за руку с лордом было… странно. Не то чтобы неприятно физически — просто сухая теплая кожа, касающаяся ее ладони и пальцев. Но все же странно.
Однако Лина и не думала вырвать руку. Всем известно, что леса кишат нечистью. Согласно поверьям, жители леса не трогали мирных путников, если те сами не обижали их своими действиями. Но что, если таким поступком посчитают сломанную ветку? Линетта читала, что возможно и такое, и не хотела рисковать, отдаляясь от темного мага. Пусть для этого и приходилось идти с ним за руку. Подумаешь — рука.
Пожухлая желто-коричневая и лишь кое-где еще зеленая трава порой доставала до колен, ветки кустарников и мелких деревьев цеплялись за волосы и за одежду. А еще было мрачно и сыро. Несмотря на красно-желтый окрас, листва еще не облетела, и кроны деревьев своими раскидистыми ветвями перекрывали доступ солнечному свету.
Линетта прихватила плащ у своего горла рукой и тратила все силы на то, чтобы не растянуться, споткнувшись о что-либо, или не выбить себе глаза очередной веткой.
Айрторн шел вперед с упрямством барана, решившего взять на таран ограду пастбища. Не спешил, но не медлил и явно не выискивал дорогу. Шел куда-то в совершенно нехоженую часть леса с таким видом, будто впереди светил только одному ему заметный маяк. Впрочем, вероятно, так оно и было. Кто его знает, что могут видеть черные?
Лина не видела ничего, кроме кустов, травы и веток, и уже через четверть часа пути все осеннее разнообразие оттенков слилось перед ее глазами во что-то единое, мутное и толком не различимое. Она лишь порадовалась, что сезон комаров уже миновал. Темных насекомые не трогали — кому охота пить кровь, пропитанную энергией смерти? А вот светлыми магами лакомились с превеликим удовольствием.
Когда спутник наконец остановился, это стало облегчением. Кроме того, ее кто-то все-таки укусил за шею, и теперь это место ужасно чесалось.
— Пришли, — провозгласил Айрторн и выпустил ее руку.
Только сейчас Лина почувствовала, что кисть затекла. Потерла ладонь о ладонь, восстанавливая кровообращение, сжала и разжала пальцы.
— Прости, — коротко бросил напарник, заметив ее жест — видимо, тоже увлекся и не заметил, что сжал ее руку слишком сильно. Крутанулся на месте, всматриваясь куда-то между деревьев.
— Куда пришли? — шепотом спросила Линетта. Почему-то казалось, что опасно сейчас разговаривать громко.
Уж слишком тихо было вокруг. Не просто тихо — мертвенно тихо. Ни шороха листвы на ветру, ни птичьего крика.
Стало не по себе. За время пребывания в Прибрежье Лине приходилось бывать в лесу, но с той стороны, которую Айрторн забраковал сразу, — где были протоптаны тропинки грибниками и охотниками, а деревья росли гораздо дальше друг от друга, пропуская вниз куда больше света. А здесь что? Чаща? Или как это называется?
Несмотря на то что за воротами столицы тоже тянулась довольно обширная полоса леса, Линетта никогда не была любителем прогулок в диких местах и толком о них ничего не знала.
— К Хозяину леса, — так же шепотом ответил напарник и приложил палец к губам, прося отложить вопросы на потом.
Лина кивнула и даже хотела отойти от него подальше, чтобы не мешать высматривать что-то. Или выслушивать? Одним богам известно, что он там делал. Однако Айрторн, перехватив ее взгляд, покачал головой.
Линетта осталась на месте. Угодить в какую-нибудь ловушку нечисти не хотелось. И если она еще верила, что лесные жители не станут просто так нападать на годами облюбованной людьми территории, то здесь, в самой глубине леса, очень в этом сомневалась.
А ведь еще в лесу должны водиться дикие звери. К черным те не полезут, а вот белым можно и закусить, если зазевается и вовремя не выставит щит. По правде говоря, создать вокруг себя защитный купол хотелось с первого шага на не хоженую ногой человека часть леса. И если бы Лина не помнила о предстоящей ночной смене, наверняка так бы и сделала.
Айрторн покружил на месте еще какое-то время, а затем уверенно направился к высоченному дереву, в массивном стволе которого на высоте в полтора человеческих роста зияло чернотой глубокое дупло.
Лина осторожно сделала шаг следом. Ветка под ногой громко хрустнула, и темный обернулся. Просто обернулся, обыденно, без эмоций — на звук. И снова пошел дальше, что она расценила как разрешение.
Добравшись до дерева, лорд обошел ствол, зачем-то потрогал кору и, кажется, остался доволен своим выбором. Наклонился, вынул из голенища сапога нож…
Линетта остановилась на расстоянии нескольких шагов и следила за его действиями большими глазами. Да, с Ренье были конфликты, были обиды и даже унижения, тем не менее его поступки всегда были просты и понятны. Увидел нежить или нечисть — бьет. Не видит, но чувствует — выманивает. Никаких фокусов… с ножами.
Айрторн же перехватил нож поудобнее и, ни секунды не колеблясь, вонзил его острие в ствол. Подцепил и оторвал кусок толстой коры, отбросил в сторону. Сделал надрез глубже, и еще. Затем, оставив нож торчащим в стволе, задрал левый рукав своего плаща и принялся закатывать рукав рубашки под ним.
Лина тяжело сглотнула.
— Что ты?..
Айрторн обернулся к ней, ободряюще улыбнулся и даже подмигнул, тотчас растеряв вид сурового черного мага. Вынул нож из дерева, красуясь, подбросил в воздух, поймал двумя пальцами за кончик лезвия, перехватил и… распорол себе предплечье от запястья почти до самого локтя.
Кровь хлынула темным потоком, закапала на примятую под ногами траву. Лорд же как ни в чем не бывало вытер нож прямо о свой дорогущий плащ и убрал обратно в сапог. После чего прижал распоротую руку к месту надреза на дереве.
Никогда в жизни Линетта не видела ничего подобного. Что это, черный ритуал на крови, которыми все время пугают? Тогда почему так демонстративно? Будто в этом нет ничего запрещенного…
Она не додумала мысль. Земля под ногами вдруг задрожала. Лина не успела испугаться, как дрожь пробежала волной и снова пропала, зашумела на несуществующем ветру листва. И вновь стало тихо, пугающе тихо.
— Ну привет! — громко произнес Айрторн, задрав голову кверху, будто разговаривал с кем-то, кто прятался в дупле. Однако оттуда никто не появился, и изнутри не доносилось ни звука. — Я в курсе, — сказал лорд, помолчав, будто слушал чью-то ответную реплику. — Чья? — Снова молчание. — А описать? — И опять пауза. — Догадываюсь… Угу… Жег, говоришь?.. Думаешь, я не могу? — И еще одна пауза, дольше предыдущих. — Хорошо, договорились. Услуга… Нет, так мы не договоримся. — Все еще не отрывая кровоточащую руку от ствола, он поднял вторую ладонью вверх, и на ней заплясали языки черного пламени. — А так? — в голосе темного мага просквозила ощутимая угроза. — Вот теперь договорились. Мне нужно тело, и я знаю, что оно у тебя есть…
Линетта обняла себя руками, слушая этот односторонний диалог и раздумывая, мог ли Айрторн разыгрывать перед ней такой безумный спектакль, или же беседа с Хозяином леса происходила на самом деле, просто не в ее силах было услышать второго собеседника.
А еще через минуту сомнения отпали, потому как зашевелилась трава — прямо от ног лорда она стала расходиться на две части, словно волосы, разделенные на пробор гребнем, или будто кто-то пропустил по ней невидимую нить, уходящую куда-то в еще более глубокую чащу.
— Скорей! — Айрторн сорвался с места и схватил Лину за кисть здоровой рукой, прежде чем она успела как-либо отреагировать. — Бегом, пока он добрый!
И они действительно побежали по пути, указанному травой. Никаких летящих в лицо веток, камней под ногами или упавших стволов — кто-то не только показал им дорогу, но и убрал с нее все препятствия.