Анна
Это было вне моего понимания.
Я не знаю, почему это было так надо и, что я тут должна была понять, но больно было дико.
Было ощущение, что меня разрывают на миллиард мелких кусочков, а потом сшивают обратно, и снова разрывают.
Я не видела ничего, не слышала ничего.
Казалось, что на смену разрывания приходит раскаленная лава, которую, по ощущениям, мне заливали прямо в глотку. А потом ее сменял ледяной азот как минимум, потому что было так холодно, что хотелось, чтобы вернули лаву.
Сколько это все длилось, я не имею ни малейшего представления, но по ощущениям, прошло лет двести.
Это было похоже на ад.
Я умерла. Это точно.
Открывала я глаза с ощущением, что меня после всего произошедшего еще и поколотили хорошенько.
Ногами.
Глаза будто заплыли. Тело болело все до единой клеточки.
Ничего не гнулось от слова совсем. Было смутное ожидание, что вот сейчас я пошевелю рукой или ногой и раздастся скрип, как скрипит давно не смазанная железная дверца.
Но, вопреки моим ожиданиям, ничего не скрипело, нигде ничего не отвалилось.
Очнулась я в кровати. Даже странно. Кто меня сюда перенес?
Комната выглядела старомодно. Даже для того, что я уже видела, тут все было на порядок старее. Пошарпанные стены, старомодная мебель, тяжелые портьеры, задернутые наглухо. Пыли, слава богу, не было, но запах был затхловат. Постель, в которой я очнулась, была чистая, но видно было, что она достаточно потертая, будто тоже очень старая.
Я попыталась встать, и как ни странно, у меня получилось. Я ожидала, что не смогу встать совсем, но вот я уже сижу, свесив ножки, а вот смогла подняться на ноги. Одета я была в какую-то глухую сорочку, тоже довольно старинную, но в целом чистую.
Дико хотелось пить, поэтому я завертела головой и увидела на тумбочке графин и стакан.
Ну нет, ребята.
Я проигнорировала все нормы приличия и присосалась к графину. Вода в нем закончилась слишком быстро. А дальше пошли чудеса. Графин снова наполнился. Проблема только в том, что он по прежнему был у меня в руках и я ничего подобного точно не делала. Я испуганно обернулась, но вокруг не было ни души.
Я пожала плечами и снова вернулась к живительной влаге. После третьего графина я наконец-то напилась и поставила графин на место.
На банкетке я увидела свою одежду и, честно говоря, вхдохнула с облегчением. Не придется щеголять в ночнушке.
« Еще бы ванную принять для полного счастья, но искать не рискну точно». – Подумала я и вдруг неприметная дверь справа от кровати, заскрипев, открылась.
« Да. Более прямого приглашения я еще не видела».
Я встала и, пошатываясь, отправилась к двери. Когда я заглянула туда, было темно до рези в глазах, вдруг вспыхнул свет и я увидела небольшую ванную комнату. Что-то вроде душа и туалет.
«Слава богу, тут есть туалет». – Подумала я. – «Не как у викинга, но я уже и этому рада. Осталось разобраться, как тут все работает»
Я скинула с себя ночнушку, совершенно перестав заморачиваться, и вошла в душ. Все оказалось интуитивно просто, не краны, конечно, как я привыкла, а будто кнопки. Большие такие. Путем простых манипуляций из лейки полилась теплая вода и я блаженно заурчала. Сколько я стояла под водой я не знаю, но было понятно, что надо закругляться.
Я пощупала бутылочки, открыла каждую и выбрала то, что лучше всего пахло. Когда я привела себя в порядок, смыла пену и вышла, вдруг пришло осознание, что я не увидела тут полотенец, но оказалось, некто невидимый, уже позаботился об этом. На лавочке около стены лежала моя одежда стопочкой и два огромных пушистых полотенца ярко-фиолетового цвета.
Мысленно поблагодарив этого неизвестного домового, я вытерлась, завернула голову полотенцем и оделась. Одежда была чистой, пахла чем-то для меня неизвестным, но в целом приятным.
Пока одевалась, думала, насколько же может поменяться отношение к жизни в целом.
Еще недавно, если бы я вот так вот проснулась где-то, у меня случилась бы истерика. А сейчас меня не удивляет совершенно ничего. Ни домовой, ни плющ, который меня почти сожрал, ни приведения, ни вода в графине, которая непонятно откуда берется.
Я вышла из ванной, оглянулась и увидела зеркало.
«Надо бы глянуть хоть как выгляжу, а то столько случилось, что даже страшно, что я увижу в отражении».
Я подошла к зеркалу и взглянула на себя. В принципе, ничего не поменялось особо. На меня смотрела все та же я версии 2.0, которая появилась после моего первого прихода в себя в доме Кристиана, но меня насторожило другое. Из полотенца выбился локон волос.
Не моих.
Точнее не моего цвета, который был, когда я впервые тут очнулась.
Уже тогда он был немного другой, но было терпимо. А сейчас я сняла полотенце и ахнула.
Волосы стали цвета вороного крыла с ярким фиолетовым отливом. Даже не сразу сообразишь, что это за цвет такой. Не черный, а будто смешанный с фиолетовым.
Будь я художником, возможно нашла бы название этому цвету, но художник из меня как автомеханик из Волочковой, поэтому для меня названия этому не было.
«Тааак. По всей видимости, у меня уже не будет шанса увидеть себя прежнюю в зеркале когда-нибудь. Эх. Вот бы сейчас штанишки спортивные да толстовку, ну хоть чуть-чуть оскомину сбить, а…»
Только я подумала об этом, даже образ в голове представила, почувствовала как по моему телу прошла волна мурашек. Я поежилась и открыла глаза.
В зеркале отражалась девушка, в спортивном костюме и кроссовках, с мокрыми волосами и потерянным взглядом.