Анна
Я последовала за горничной в ванную, которую с трудом можно было так назвать.
Точнее даже не так.
Назвать это «ванной» - значит оскорбить и владельца и создателя этого шедевра одним махом.
Огромная купель, как в хамаме. Сиденья по краям, кафель или плитка, я так и не поняла что это, были нежно-голубого цвета с белыми вставками. Подложка под голову, сиденье в самой купели. Всё было создано для удобства купающегося.
Стены, по мере нашего движения, начинали мягко светиться, создавая мягкое освещение, которое волей-неволей расслабляло.
Вдоль купели стояли столики с разными баночками, если я правильно поняла, со средствами для мытья и ухода.
«Хм. И правда, всё как в книжках» - мелькнула мысль, но её прервала Мила.
- Леди, раздевайтесь полностью, я заберу ваши вещи и отнесу в стирку. – она протянула руки ко мне, видимо желая помочь, но я отпрянула от неё как ошпаренная.
- Пожалуй с этим я справлюсь сама, - проблеяла ей в ответ, на что Мила явно растерялась.
- Леди, вам не следует меня стесняться. Это моя обязанность - помогать вам в таких вопросах. То, что происходит здесь, останется только здесь. А теперь заходите в купель, я добавила расслабляющую соль и масло, отдыхайте. Я скоро вернусь. – произнесла она, а я резко повернулась к купели, которая, к слову, уже была действительно наполнена до краем и приятно пахла.
Вздохнула глубоко, как перед прыжком в воду, отвернулась от горничной, быстро сняла с себя одёжку, точнее то, что от нее осталось, и не оборачиваясь, погрузилась в теплую воду.
Мила подхватила одежду и оставила меня одну.
Недолго мне дали понаслаждаться, через некоторое время вернулась Мила и начала экзекуция.
Меня тëрли губкой, похожей на наждак, обмазывали несколько раз какой-то жижей, потом снова тëрли и смывали заново, потом тëрка сменилась пушистой мочалкой, которая показалась даже приятной.
Дальше меня снова чем-то намазали и вернули в воду, а потом настала очередь волос.
С ними поступали также безжалостно, но в какой-то момент я поймала себя на том, что мне даже приятно.
Прошел по меньшей мере час, прежде чем меня вынули из ванной, укутали в пушистый халат, намотали на голову полотенце, обули в тапочки и вывели в спальню.
Кстати там уже прибрали: постельное белье сменили, а кровать заправили. Сейчас на ней красовались несколько комплектов одежды, от которой мне стало немного плохо.
Как я и ожидала, платье с кринолином и рукавами-фонариками имело место быть. От него я отмахнулась сразу же.
Там же лежало что-то вроде легкого платья без корсета, строгое платье темно-синего цвета с воротником – стоечкой, а также штаны со свободной рубахой, которым я обрадовалась как родным.
Без сомнений указала на них, на что Мила слегка скривилась, но ослушаться не посмела, унеся все остальное в соседнюю дверь. Видимо там была гардеробная.
Второй мой страх было белье. Но, на удивление, боялась я зря. Оно ничем не отличалось от того, в каком я прибыла сюда. Разве что работа чуть тоньше, ювелирнее что ли.
На мой вопрос, откуда узнали мой размер, девушка ответила, что тут работает магия, поэтому белье примет точный размер, как только я его надену.
Пока я одевалась, она прыгала вокруг меня пытаясь помочь, но и тут я осталась непреклонна.
Оденусь сама, и точка.
По итогу, получилось довольно мило.
Брюки, и правда, втянулись в размер, как только я их надела. Поверх бюстгальтера, пришлось надеть бельевую маечку с кружевом, а сверху уже рубаху, которая села свободно. Обувь мне тоже понравилась. Коротенькие ботиночки на небольшом каблуке, чувствовались на ноге, будто пушистые тапочки.
Мила пригласила меня сесть к туалетному столику и принялась колдовать над моими волосами.
- Леди, я не владею магией в той мере, чтобы заниматься чем-то серьезным. Моего резерва хватает на простенькие бытовые заклинания, но лучше всего мне удается именно это. Навести красоту, поухаживать за кожей, привести в порядок одежду. Поэтому меня нанимают для подобной работы чаще всего, но порой приходится и уборкой заниматься. – сказала она, увидев, что я пристально наблюдаю за ней. Мне было просто интересно, а она приняла мой интерес по-своему.
- Ты работаешь только в этом доме или можешь работать где угодно? – спросила я, чтобы разрядить напряжение.
- Последний год, да. Лорд Ведер очень выручил меня, когда случилось кое-что с другой госпожой. Она обвинила меня, а он заступился. С тех пор меня никуда больше не звали, а он взял меня к себе на жалование. Здесь редко бывают леди, только матушка и сестра лорда, чаще всего. Остальное время я помогаю на кухне, со стиркой, и иногда, собираю самого лорда Ведера на приёмы. В данный момент меня приставили к вам. Я буду вам помогать на постоянной основе. В нашем мире это называется «служанка».
Пока она говорила всё это, ее руки не останавливались и творили красоту: моё лицо покрыли какой-то маской, которая совсем немного щипала, а волосы тем временем выпрямили и немного подвили кончики. Потом стёрли маску и покрыли лицо кремом. Мила немного подкрасила мне ресницы, немного губы. И на этом макияж закончился.
- Я подумала, что вам не подойдет огромное количество белил. У вас прекрасная кожа и нет смысла пытаться сделать с ней что-то еще.
- Спасибо огромное. Я уже боялась превратиться в средневековых барышень. – ответила я и посмотрела на себя в зеркало. Да уж. Меня не узнать. Красивая укладка, легкий макияж.… Но вот, что меня удивило в очередной раз…
Мое зрение. Я класса с девятого видела очень плохо. У меня была близорукость, сколько я себя помню. Целых минус два. Я не расставалась с очками и только сейчас я поняла, что я вижу прекрасно и без них. Я вскочила и подошла ближе к зеркалу. Мои глаза изменили цвет. Они стали ярко фиолетовыми. К радужке более темные и насыщенные, а вокруг яркие, будто крокусы. Я знала эти цветы, потому что моя мама сажала их во дворе. Они мне никогда особо не нравились, но цвет… был удивительным. Я всегда любила фиолетовый, но никогда не рисковала носить его в одежде. Для меня он казался слишком смелым.
- Леди, вы готовы? Я провожу вас в столовую. – донеслось до меня.
- Да. Спасибо. – ответила я.
И пошла вслед за Милой, внутри всё дрожало, ведь я должна была во всем разобраться и, что-то мне подсказывало, что никто так просто мне не расскажет ничего по первому моему вопросу.
Ладно.
Сначала поесть, потом разберёмся.