– Третьекурсницы, – сказала Маша, бросив взгляд за мою спину.
Мы стояли в очереди на выдачу обеда. Толик с Сашкой остались за столом, чтобы никто его не занял, а мы с Машей пошли набирать порции.
– Личное курирование получают не за красивые глаза, – раздалось следом.
– А ты чего заступаешься за неё, Виноградов? – поинтересовалась одна из третьекурсниц.
– Ты в неё влюбился, что ли? Или тебе не нравится, что тебя с завучем шипперят меньше, чем ректора с первогодкой? – усмехнулась вторая третьекурсница.
– Именно так, мы с Элионорой Борисовной заслуживаем звание лучшей пары в истории академии.
– Виноградов, – одёрнул его строгий женский голос. За спиной второкурсника возникла завуч, сверкая злыми глазами через стёкла очков.
– Будете распускать сплетни – получите дисциплинарное наказание с записью в личное дело. Вас, девушки, это тоже касается, – предупредила Элионора Борисовна и пошла дальше, игнорируя очередь студентов. Повариха выдала ей поднос с тарелками первого и второго, после вернулась к обслуживанию учащихся.
Мы с Машкой забрали два подноса с порциями на четверых и присоединились к парням, наслаждавшимся своей очередью сторожить стол.
– Сомневаюсь, что замечание завуча остановит поток слухов, – подметила Машка, усаживаясь за стол рядом с Сашкой. – А у вас с Виноградовым точно ничего?.. – рискнула она спросить.
– У меня с ним ничего, а вот он точно что-то задумал, – ответила я и принялась есть суп.
– Задумал очаровать звезду нашего курса? – шутливо уточнил Сашка, за что получил от меня недовольный взгляд исподлобья.
– Парни только об одном и думают, – фыркнула Машка. – Наша Даша сконцентрирована на учёбе. Кстати, расскажешь, как прошло занятие с ректором?
– Нормально, если не считать его опоздание.
– Вот бы все преподы опаздывали на занятия, – мечтательно произнёс Сашка – самый большой нелюбитель учиться в нашей компании.
– Но мне удалось изучить свою гончую.
– Узнала что-то интересное?.. Чего не встречается в учебниках? – полюбопытствовал Толик. Его глаза загорелись неподдельным интересом.
– Да, – честно ответила ему. – Гончие очень мягкие и тёплые. И от них не несёт псиной.
– Чем это ты занималась со своим фамильяром? – спросил Сашка, вытанцовывая сложный мыслительный процесс бровями.
– У людей это называется зоотерапия, – ответила с улыбкой, вспоминая, как приятно было тискать огромного пса.
– Она укрепляла связь с фамильяром! – выпалила Машка, заметив озадаченные взгляды парней. – Я сегодня Луну гладила и покормила с рук.
– Потому что не смогла вернуть её в клетку. Опять, – не промолчал Толик.
– А может, я не хотела, чтобы она туда возвращалась!
– Хм... Понятно, – спокойно принял он её ответ и уткнулся в свою тарелку с супом.
Следующей парой у нас была артефакторика. После приручения первого фамильяры первогодки переходили к изучению и изготовлению новых ошейников, которые, в случае успеха, можно было бы использовать для приручения фамильяра на зачёте.
Я же решила убить сразу двух зайцев: и на уроке выложиться, и для замены ректора артефакт изготовить, точнее начать изготавливать.
Профессор Вемиамин Олегович добрый час расписывал новый вид ошейника для приручения фамильяров. Рассказывал про тонкости, на которые студенты должны обращать внимание в процессе. Изготовление ошейника второго уровня занимало неделю, а в учебном плане – шесть пар.
Начали мы с подготовки кожи. Обычно учащимся выдавали бычью кожу, я же пришла со своей.
– Что на этот раз? – полюбопытствовал профессор, остановившись у моего стола.
– Кожа саламандры. На виверну не хватило карманных средств, – с тяжёлым вздохом призналась я, перестав вбивать гвоздики в деревянную основу, на которой кожаные отрезы должны были просушиться и закрепиться в идеально ровном состоянии.
– Из саламандры тоже хорошие ошейники выходят, можешь спрессовать её с бычьей кожей, чтобы повысить износостойкость.
– Так и планировала.
– Хорошо. Если возникнут вопросы – обращайся, – с тёплой улыбкой произнёс Вемиамин Олегович.
– Ну раз вы сами предложили... Можно мне после ужина воспользоваться кабинетом?
– Подойдёшь ко мне в столовой, дам тебе ключ, – сразу же согласился профессор. Иногда не так уж и плохо быть внучкой известного адазоолога.
***
Пустое здание академии нагоняло жуть. Я закрылась изнутри в кабинете артефакторики и продолжила обработку куска кожи, который должен был стать новым ошейником. Помимо обычной пропитки из отвара трав, который отрабатывали на зельеварении, я намазала кожу пчелиным воском, добавив в него свою смесь масел. Придвинула стол к окну, за которым сгустилась тьма, и оставила кожу впитывать свет луны.
Пора было приступать к изготовлению фурнитуры. Стандартная меня не устраивала, отчасти из-за слов дедушки, которые засели в голове: «К каждому существу нужен индивидуальный подход». Если ректор не обманывает, и второй фамильяр у меня будет гончая, ошейник должен быть максимально проработанным. То время и силы, которые я потрачу на изготовления артефакта, окупится легкостью во взаимодействии с прирученным существом – и Артур Варфоломеевич живое доказательство этому.
Освещение в кабинете оставила только у стола с компактной плавильней, чтобы не привлечь внимание ночного сторожа. Вемиамин Олегович обещал предупредить дежурившего сегодня, что в его кабинете будет гореть свет, но на территории академии были те, точнее тот, чьё внимание не хотелось привлекать.
Плавильня нагрелась. Смесь металлов я подобрала, исходя из личных расчётов, которые без полученной от дедушки информации сделать не вышло бы. Меня с малых лет привлекали существа нематериального мира, поэтому другого исхода, как стать призывателем, я не рассматривала.
Забросила металлы плавиться, сконцентрировавшись на процессе. Твёрдые кусочки таяли, словно шоколад на солнце, превращаясь в жижу.
Резкий шум пронзил сердце страхом: кто-то дёрнул ручку двери, пытаясь заглянуть в кабинет. Дежурный? Вряд ли. Обход был после отбоя, а сейчас кто-то другой заинтересовался происходящим в кабинете артефакторики. Но открывать я не собиралась, как и вступать в долгую беседу, объясняющую моё присутствие в учебной части в то время, когда все студенты должны быть в своих комнатах и спать.
Шум повторился. Я затаила дыхание, ожидая, что предпримет любопытный прохожий.
– Почему вы закрылись?..
– А! – подскочила от неожиданности и, схватившись за сердце, обернулась к проникшему в кабинет. – Вы меня напугали! Как вы вообще...
– Я не обязан выкладывать все свои секреты, – заартачился ректор, сопротивляясь желанию своего призывателя.
– Больше так не делайте! Не бережёте своих студентов.
– Мои студенты должны сейчас спать.
– Но у меня дополнительное занятие. Вы же хотите получить освобождение от практики по мастерству призывателей. Или нет? – Я заглянула в тёмные глаза ректора. – Вам что, понравилось сегодняшнее наше занятие? Не могли уснуть без обнимашек? – Я распростёрла руки, предлагая повторить утреннюю процедуру.
– Никаких обнимашек, – сухо отмахнулся Артур Варфоломеевич. – Я пришёл проследить за вами.
– Боитесь, что я запорю артефакт для вашей замены? Не волнуйтесь, я с закрытыми глазами могу сделать новый ошейник.
– Разве металлы надо так долго держать в плавильне? – подметил ректор, бросив неодобрительный взгляд мне за плечо.
– Ой, блин... Это всё вы! Приходите и отвлекаете! – Я схватила подготовленный расплав и залила его в форму, которую остудила по старинке в ведре с водой. Полученные детальки положила в стеклянный бокс для химических манипуляций и принялась по капле добавлять специальные зелья.